Что изменилось за полгода на рынке ЦФА?

Россия находится на пороге больших изменений в сфере ЦФА. Цифровые активы скоро вырвутся из закрытых блокчейнов, инвесторы готовы тратить большие суммы. Кроме того, решилась проблема асимметрии законодательства в сфере долговых ЦФА и облигаций

Есть ощущение, что ни одна финансовая сфера сейчас не перестраивается так быстро, как ЦФА. Если бы кто-то уснул в начале года и проснулся сегодня, он бы с трудом узнал рынок: поменялись правила обращения, налоговая логика, инфраструктура и даже само понимание того, чем вообще должен стать этот рынок.

Главный разворот рынка ЦФА за последние годы

Законопроект «О цифровой валюте и цифровых правах» уже прошел первое чтение и задает контуры совершенно новой архитектуры:

• цифровые права больше не заперты в закрытых системах — допускается выпуск и обращение ЦФА в публичных блокчейнах;
• цифровая валюта признается имуществом;
• оборот криптоактивов переводят в регулируемый контур через профучастников;
• ОИС фактически становятся цифровыми депозитариями (операторами размещения);
• переходный период — до 1 июля 2029 года.

Что это значит? Последние 5 лет рынок ЦФА развивался, как закрытый город: внутри уже построили дороги, дома и магазины, но выехать за его пределы было почти невозможно. Все понимали, что снаружи — огромный мир ликвидности, инвесторов и технологий, но прямой дороги туда не существовало. Теперь ворота начинают открываться. ЦФА постепенно выходят из закрытого контура в публичную блокчейн-инфраструктуру.

Но возникает главный вопрос: что делать с городом, который строили несколько лет по совсем другим правилам?

Следующая остановка — токенизация

Дальше — попытка выйти за пределы «долга как основного кейса». Минфин и Банк России предлагают перенести в цифру сами активы через Концепцию токенизации активов реального сектора. Это, например:

• сырье, товары, металлы, складские запасы;
• интеллектуальная собственность (патенты, роялти, права);
• доли в ООО;
• документарные бумаги с переводом части учета в цифровую форму.

Каковы правила игры:

• нельзя выпускать несколько цифровых активов на одно и то же имущество;
• цифровой актив жестко привязан к базовому;
• передача токена = передача имущественного права;
• при утрате или гибели базового актива цифровой актив должен погашаться;
• цифровой учет должен быть синхронизирован с реальным (реестры, склады, права).

Что это значит? До сих пор рынок ЦФА напоминал витрину, где почти на каждой полке лежал один и тот же продукт — «цифровой долг».

Теперь регулятор предлагает заполнить пустые полки реальными активами: недвижимостью, металлами, товарами, патентами, авторскими правами, долями в бизнесе. Раньше такие инструменты просто не выдерживали конкуренции с облигациями: инвестор выбирал понятную фиксированную доходность. Но со снижением ставок интерес к «живым» активам начинает расти. И регулятор намекает: мы ждем не только цифровые облигации, но и токенизацию реальной экономики.

Налоговые поправки, которых ждали все

Здесь изменения менее заметны, но для рынка — одни из самых важных и долгожданных.

Раньше была проблема: по смыслу ЦФА на денежные требования — это почти облигации, а по налогам — совсем другая история.

Сейчас это выровняли благодаря 466‒ФЗ:

• в законодательстве появилось отдельное понятие «долговые ЦФА»;
• одобрена налоговая синхронизация долговых ЦФА и облигаций;
• разрешен учет расходов по долговым ЦФА в общей налоговой базе.

Что это значит? Долгое время рынок ждал выравнивания учета ЦФА и облигаций. Представим ситуацию: компания заработала 10 млрд рублей и заплатила 1 млрд процентов инвесторам. По облигациям налог на прибыль считался с 9 млрд, по ЦФА до недавних пор — с 10 млрд. То есть при одинаковой экономике компания платила больше налога просто из-за формы инструмента. Для эмитентов с выпусками на сотни миллиардов рублей это была принципиальная разница.

ЦФА становятся ближе к массовому инвестору

Внезапно кредитный рейтинг эмитента становится новым пропуском на рынок:

• ЦФА с фиксированной денежной логикой и рейтингом эмитента не ниже A+ стали доступны неквалифицированным инвесторам без лимита;
• ЦФА с доходностью, привязанной к инфляции, ключевой ставке, акциям, металлам и другим рыночным индикаторам, теперь тоже доступны «неквалам» — в пределах лимита 600 тыс. рублей и при рейтинге эмитента не ниже AA — по национальной шкале или BB+ по международной;
• лимит 600 тыс. рублей стал «восстанавливаемым» — после погашения ЦФА инвестор может снова покупать инструменты в пределах лимита;
• инструменты со сложными или опционными механизмами по-прежнему доступны только квалифицированным инвесторам.

Что это значит? До сих пор многие инвесторы довольно быстро упирались в «стеклянный потолок» лимитов в 600 тыс. рублей. Теперь Банк России фактически говорит рынку: если эмитент надежный, а продукт понятный — доступ можно расширять. Для крупных качественных выпусков это может стать важным шагом к росту ликвидности и массового спроса.