Госдума готовится принять закон, который станет основой российского рынка цифровых валют и цифровых прав. Законопроект № 1194918-8 был принят в первом чтении 21 апреля 2026 года; текст, подготовленный ко второму чтению, показывает: за три месяца документ пережил не доработку, а глубокую пересборку. Из рамочной модели он превратился в детальный инфраструктурный кодекс с закрепленной в законе типологией счетов, новым институтом «цифрового анализа», перестроенной защитой розничных инвесторов и ускоренным входом для действующих участников рынка
Уже название говорит о смене оптики: «О цифровой валюте и цифровых правах» стало «О цифровых валютах и цифровых правах» — множественное число отражает признание многообразия активов. Объем вырос с 49 до 56 статей: в закон инкорпорировано регулирование майнинга (понятия майнинга, майнинг-пулов и инфраструктуры теперь живут в базовом законе рынка), а предмет регулирования охватывает одновременно цифровые валюты, иностранные цифровые инструменты и все виды цифровых прав от выпуска до внешнего обращения.
О возможных следствиях регулирования читайте в тексте «Как новелла о цифровой валюте изменит экономику через пять лет» — ЧИТАТЬ
Единый «оператор» и дерегуляция правил
Редакция первого чтения разводила оператора информационной системы и оператора размещения как отдельных участников. Ко второму чтению они слиты в единого «оператора» — лицо, которое одновременно оказывает услуги по размещению цифровых прав и предоставляет доступ к своей информационной системе для распоряжения ими. Для рынка это упрощение конструкции и снятие дублирующих статусов.
Не менее важна процедурная новелла: правила информационной системы оператора больше не проходят цикл предварительного согласования — они размещаются на сайте оператора и вступают в силу не ранее чем через 15 рабочих дней после публикации. Взамен закон фиксирует 16 обязательных содержательных блоков правил — от способов учета и порядка размещения до перевода цифровых прав в иностранные информационные системы и условий работы сервисов сопоставления встречных заявок. Регулятор смещает контроль с формы на содержание: скорость изменений растет, ответственность за качество документа — тоже.
Отдельного внимания заслуживает прямое закрепление смарт-контрактной модели: закон описывает сделки, исполняемые «без отдельно выраженного дополнительного волеизъявления сторон путем применения информационных технологий», и допускает их как основание записей в учете, условие решения о выпуске и механизм исполнения сделок на витринах операторов.
Цифровой депозитарий: от эскиза к работающей конструкции
Центральный институт закона — цифровой депозитарий — в первом чтении был описан крупными мазками. Во втором он получил полноценную операционную модель. У депозитария два типа клиентов и два договора:
- депонент (учет и переход активов по договору цифрового учета);
- получатель доступа (доступ к адресу-идентификатору по отдельному договору).
Перечень услуг расширен — от исполнения поручений и подготовки отчетов до тестирования инвесторов, признания квалифицированными инвесторами и, в предусмотренных случаях, функций удостоверяющего центра. Появился подвид «расчетного цифрового депозитария» — расчеты по итогам организованных торгов по соглашениям с биржами и клиринговыми организациями. Контур будущей биржевой криптоинфраструктуры прописан заранее.
Требования к самим депозитариям стали жестче и конкретнее:
- капитал и норматив достаточности установит Банк России;
- обязательны основной и резервный программно-технические комплексы на территории России;
- предусмотрены управление конфликтом интересов с уведомлением клиентов, право страхования ответственности и обязательное членство в саморегулируемой организации.
Об открытии счетов иностранным номинальным и уполномоченным держателям депозитарий уведомляет Банк России в течение двух рабочих дней.
13 видов счетов: учетная система прописана в законе
Пожалуй, самое практически значимое отличие второго чтения — закрепленная непосредственно в законе типология цифровых счетов. Первое чтение оставляло ее подзаконному регулированию. Теперь закон называет 13 видов счетов:
- обладателя;
- доверительного управляющего;
- номинального держателя (включая счета номинального держателя — цифрового депозитария и номинального держателя — оператора, что создает правовую основу междепозитарной и межоператорской связности рынка);
- депозитный счет для депозита нотариуса или суда;
- казначейский счет эмитента;
- счета иностранного номинального и иностранного уполномоченного держателя;
- торговые счета и клиринговый счет с субсчетами по законодательству о клиринге;
- транзитный счет для паевых фондов;
- счет цифровых свидетельств;
- счет комиссионных выплат и счет неустановленных лиц.
Некоторые решения заслуживают отдельного упоминания. Казначейский счет позволяет эмитенту держать собственные цифровые права — классическое правило о совпадении должника и кредитора здесь отключено, но с дисциплинирующим механизмом: права, учитываемые на казначейском счете более года, погашаются автоматически. Депозитный счет открывает нотариату и судам путь к работе с цифровыми активами в депозитных механизмах. Счет неустановленных лиц дает правовую форму для обособления «невыясненных» поступлений — проблемы, хорошо знакомой классическому депозитарному учету.
Защита инвесторов: от запретов к тестированию — и жесткая санкция для инфраструктуры
Модель допуска розничных инвесторов перестроена. Вместо преимущественно лимитной логики первого чтения выстроена трехступенчатая система:
- Тестирование неквалифицированных инвесторов — физических лиц (по механике, отработанной на фондовом рынке; проводить его может в том числе цифровой депозитарий).
- Обязательное ознакомление с уведомлением о рисках.
- Годовой денежный лимит, размер и методику расчета которого установит Банк России.
Неквалифицированным инвесторам будут доступны только цифровые валюты, допущенные к организованным торгам российского организатора торговли; закрытый перечень оснований, по которым цифровая валюта вообще может быть зачислена на счет резидента, прописан непосредственно в законе.
Обеспечивать соблюдение этих правил закон требует на уровне учетной инфраструктуры: оператор и депозитарий обязаны сделать технически невозможным зачисление «квальных» инструментов неквалифицированному инвестору. И здесь появляется одна из самых сильных новелл второго чтения — санкция за провал контроля: если инструмент для квалифицированных инвесторов все же оказался у неквалифицированного лица по вине инфраструктуры, оператор обязан по требованию такого приобретателя выкупить актив за свой счет и возместить все понесенные расходы. Требование можно предъявить в течение года. Единственное исключение — когда сам инвестор предоставил недостоверные сведения о своем статусе. Для рынка это означает прямую монетизацию качества комплаенс-систем.
«Цифровой анализ» вместо «цифрового контроля» — и новый рынок для аналитических сервисов
Антиотмывочный контур переименован и содержательно развит. «Цифровой анализ» — обязательная проверка цифровых валют, цифровых прав и адресов-идентификаторов с присвоением уровня риска — должен проводиться до совершения сделки, а при объективной невозможности — не позднее трех рабочих дней после. Правила цифрового анализа каждая организация утверждает как внутренний документ: он не раскрывается публично, но направляется в Банк России в течение пяти рабочих дней со дня принятия.
Принципиальная новация — институт поставщиков услуг цифрового анализа с отдельным реестром и требованиями, которые установит Правительство, включая требования к происхождению информационных систем и программного обеспечения. Фактически закон формирует регулируемый рынок блокчейн-аналитики с приоритетом отечественных решений; при этом ответственность за результат анализа остается на финансовой организации, привлекающей поставщика.
Инструменты: шире, точнее, с новыми сущностями
Определение цифровых финансовых активов расширено: помимо денежных требований, ЦФА теперь охватывают права из эмиссионных ценных бумаг, права участия в капитале непубличных акционерных обществ и право требовать предоставления ценных бумаг. Сохранен специальный режим долговых ЦФА с размещением только после полной оплаты.
Для утилитарных цифровых прав установлены исчерпывающие изъятия: они не могут удостоверять требования в отношении имущества, права на которое или сделки с которым требуют государственной регистрации или нотариального удостоверения, документарных ценных бумаг и наличных денег — с примечательным исключением для памятных и инвестиционных монет из драгоценных металлов.
Гибридные цифровые права определены как одновременно включающие ЦФА и УЦП. В понятийный аппарат вошли иностранные цифровые инструменты (включая беспоставочные) и цифровые свидетельства — инструменты, которым еще предстоит раскрыться в подзаконном регулировании и практике.
Сроки и переходный период: быстрый вход для действующих игроков
Вступление в силу сдвинуто на 1 сентября 2026 года, при этом закон вводится волнами: требования о совершении сделок резидентов только через лицензированных посредников и ограничения переводов заработают с 1 июля 2027 года, отдельные информационные обязанности — с 1 сентября 2027 года. Экспериментальные правовые режимы сохраняют действие.
Переходные положения дружелюбны к действующему рынку: операторы информационных систем из реестра Банка России и уполномоченные организации экспериментальных режимов подают документы для включения в новые реестры до 1 сентября 2027 года — и включаются в них не позднее следующего рабочего дня, с обязанностью привести деятельность в полное соответствие к той же дате. Кредитные организации получают упрощенный вход в реестр организаций, осуществляющих обмен цифровых валют. Такой механизм означает, что уже созданная за последние годы инфраструктура ЦФА-рынка станет ядром нового регулируемого крипторынка без паузы на перелицензирование.
Между первым и вторым чтением законопроект № 1194918-8 проделал путь от политического решения «рынку быть» к инженерному ответу на вопрос «как именно он будет устроен». Закрепленная в законе учетная типология, операционная модель цифрового депозитария, тестирование с жесткой ответственностью инфраструктуры за допуск, регулируемый рынок цифрового анализа и бесшовный переход действующих операторов — это признаки зрелого регуляторного дизайна.
Для бизнеса окно возможностей открывается уже сейчас: выигрывают те, кто придет к 1 сентября 2026 года с готовыми учетными системами, комплаенс-контурами и клиентскими процессами.
О вероятных белых пятнах регулирования читайте в тексте «Нерешенные вопросы криптозаконодательства» — ЧИТАТЬ